miniyulka

It will do us little good to wire the world if we short-circuit our souls. There is no delete button for racism, poverty or sectarian violence. No keystroke can ever clean the air, save a river, preserve a forest. This transformational new technology must be an extension of our hearts as well as our minds. The old rules still apply. Love your mother - Mother Earth.

A light broke in upon my brain,-
It was the carol of a bird;
It ceased, and then it came again,
The sweetest song ear ever heard.
And mine was thankful till my eyes
Ran over with the glad surprise,
And they that m oment could not see
I was the mate of misery.
But then by dull degrees came back
My senses to their wonted track;
I saw the dungeon walls and floor\Close slowly round me as before
I saw the glimmer of the sun
Creeping as it before had done,
But through the crevice where it came
That bird was perch'd as fond and tame,
And tamer tan upon the tree
A lovely bird, with azure wings,
ANd song that said a thousand things,
And seem'd to say them all to me!
I never saw its like before,
I never shall see its likeness more:
It seemed like me to want a mate
But was not half so desolate,
And it was come to love me when
None lived to love me so again.
And cheering from my dungeon's brink
Had brought me back to feel and think.
I know not if it late were free,
Or broke its cage to perch on mine
But knowing well captivity
Sweet bird! I could not wish for thine!
Or if it were in winged guise
A visitant from Paradise;
For-Heaven forgive that thought! the while
Which made be both to weep and smile -
I sometimes deem'd that it might be
My brother's soul come down to me;
But then at last it flew,
And thenit was mortal - well, I knew
For he would never thus have flown\
And left me twice so doubly lone-
Lone - s the corse within its shroud
Lone - as a solitary cloud
A single cloud on a sunny day
While all the rest of heaven is clear
A frown upon the atmosphere
That hath no business to appear
When skies are blue and earth is gay.

Tyger! Tyger! burning bright
In the forests of the night,
What immortal hand or eye
Could frame thy fearful symmetry? 



In what distant deeps or skies
Burnt the fire of thine eyes?
On what wings dare he aspire?
What the hand dare seize the fire? 


And what shoulder & what art,
Could twist the sinews of thy heart?
And whey thy heart began to beat,
What dread hand & what dread feet> 



What the hammer? what the chain?
In what furnace was thy brain?
What the anvil? What dread grasp
Dare is deadly terrors clasp?

When the stars threw down their spears,
And water'd haven with their tears,
Did he smile his work to see?
Did he wo made the Lamb make thee?

Tyger! Tyger! burning bright,
In the forests of the night,
What immportal hand or eye
Dare frame thy fearful symmetry? 

 
 

Poverty, whether spiritual or economic leaves us enslaved to work - having it or wanting it - and in either case, without time or energy to look beyond the immediate. Museums, like theaters and libraries are a means to freedom. Here, we can move out of our personal anxieties and disappoitments into the vast and stable world of human creativity.
Sister Wendy Beckett

Впервые, за мои годы, прожитые в Нью Йорке, на День Независтимости, 4 июля пришлась вполне приемлемая летняя погода, без угнетающей и изматывающей духоты, а с летним проливным дождем.

*Влюбляться
*Смеяться так сильном чтобы от смеха сводило скулы
*Горячий душ
*Получать письма
*Лежать в постели и слушать дождь за окном
*Находить потрясающую шмотку на распродаже за полцены
*Черный горький шоколад
*Пенная ванна
*Присуствие того, кто-бы говорил, что я красивая
*Долгий разговор со старым другом
*Просыпаться и понимать что можно еще поспать несколько часов
*Находить деньги в прошлогоднем пальто
*Спать и летать во сне
*Смотреть хороший фильм, с тем кого любишь
*Выигрывать
*Держаться за руки
*Смотреть за закат/восход у океана
*Быть прекрасной, оригиальной, неповторимой!

Сомнения, сомнения. Тревожат душу, бурлят и бударажат. Мешают спать по ночам и отнимают желание просыпаться рано утром.
И все сводятся к одному: Чего же на самом деле я хочу?

Мне интересно было узнать о знаменитых женщинах, профессорах Болонского университета. Историю женщине-профессоре, настолько красивой, что лекции ей приходилось читать, укрывшись за экраном, дабы не отвлекать аудиторию. Женщину звали Новелла Калдерини, жила она в начале 14 века. Она и её сестра Беттина унаследовали от своего отца Джованни Андреа Калдерини гениальные способности к юридическим наукам. Говорят, что когда доктор уезжал из Болоньи одна из его дочерей заменяла его место в лекционом зале. Новелла так была хороша собой, что не желая отвлекать студентов от предмета, всходила на кафедру в густой вуали. Она вышла замуж за преподователя права. Когда муж по какой-то причине отстутвоал она читала лекции вместо него. Папа Римский Урбан 5, предложил мужу должна кардинала, при условии что Новелла уйдет в монастырь, но пара предпочла не расставаться. Они жили долго и счастливо. Новелла умерла в 1366 году.


Но она была не первой женщиной-профессором в Болонье. Первой была Битисиа Годзадини, родившаяся в 1209 году. Она завоевала первое место на конкурсе в гражданском и каноническом церковном праве.

Рассказывают, что Лодовико Гонзаго, герцог Мантуи, что в Италии, решил женить старшего сына Федериго, на баварской принцессе Маргарите. Встреча должна была произойти в Неаполе. Молодой принц пришел в ужас от внешности и манер баварцев. К тому же он услышал, что Маргарита была низенького роста, толстая и не знала ни слова по-итальянски. Он тут же бросился наутек, а вместе с ним четверо человек из его свиты. По дороге в Неаполь принца и его свиту ограбили и они остались без гроша. Так как Федериго скрывался под чужим именем, он не мог ни к кому обратится за помощью. Он поселился в бедной части города, а когда он заболел, шесть его компаньенов стали носильщиками и разнорабочими, лишь бы поддержать своего принца. Вскоре его обнаружили и заставили вернутся домой. Мать принца, Барбара Бранденбургская разослала по всей Италии запросы о семи мужчинах из Ломбардии. Остается лишь сказать, что Федериго всё-таки женился на Маргарите Баварской. А происходили все это в 1470 годах.

Антонио Страдивари родился в 1644 году, женился на вдове вдвое старше его. У них было 3-е детей. После того, как жена умерла, - он спустя год женился снова и родил еще пятерых. Умер в 1737 году. О его вкусах и слабостях известно очень мало, за исключением того, что Страдивари очень любил деньги. Он просил по четыре лиры за скрипку -большая сумма на то время. Одним из нескольких высказываний Страдивари, обращенных к ученику было: Ты никогда не сделаешь скрипку лучше моей.
Он изготовил 1116 скрипок и виолончелей, и если учесть что работал он 70 лет, выходит что в среднем за год он делал 16 скрипок. В Кремоне, городе где он жил и работал до сих пор говорят: Богатый, как Страдивари. В настоящее время в мире осталось около 600 скрипок работы Страдивари, и тысячи подделок. Многие его скрипки погибли, другие, возможно где-то спрятаны. До сих пор считается что у Страдивари был секрет, то ли он знал, как выбирать дерево, то ли тайна кроется в составе лака, но в каждая его скрипке обладает душой и отзывчивостью. Все лучшие скрипки имееют родословную и имена - Виотти, Тоскана, Мессия или носят имена своих знаменитых обладателей - Сарасате, Паганини. Говорят, что на одной скрипке Страдивари есть проклятие. Принадлежала эта скрипка в 18 веке Ромео Данни, профессиональному скрипачу, который купил её не подозревая о её довольно неприятной особенности внезапно замолкать после того, как музыкан замечательно играл на ней в течении часа. Так произошло во время одного из концертов Данни. Он обвинил своего соперника Сальвадосси в том, что это его рук дело и вызвал его на дуэль. Данни был убит и с тех пор началась вендетта стоившая 22 жизней.

В конце 15 века - начале 16 города Ломбардии соединяла между собой сложная система водных путей. Маленькие и большие города были соедены между собой. Шекспир знал о том, что на корабле можно доплыть из Милана до Адриатики, а из Вероны на барке и речной лодке до Венеции. Корабли курсировали по рекам и канал, доставляя в почту, официальных посланцев и обычных пассажиров.
Корабли были переполнены и английский писатель Файнец Морисон рекомендовал пассажирам брать с собой розовые листья, лимоны, апельсины, гвоздику и розмарин.
Зачем? 

Проходя мимо церкви я заметил толпу. На мой вопрос мне ответили: "Мы хотим увидеть "Тайную вечерю" Леонардо. Стоять такую очередь, чтобы увидеть картину, от которой осталась лишь одна тень?
Тем не менее в одно прекрасное утро я остановил такси и сказал водителю "Il Cenacolo". Шофер отбросил в сторону окурок, понимающе кивнул и, не слова не говоря устремился в поток машин. Думаю мало найдется в мире городов, в которых вместо адреса можно произнести название картины.

Леонардо было 43 и в Милане он работал уже 13 лет, когда герцог Людовико заказал ему картину. Он начал работать над ней в 1495 году, а закончил её через 2 года.
Об этих двух годах сохранилось много историй. Самая известная - это та, когда монахи, видевшие, что лица Христа и Иуды на протяжении нескольких месяцев оставались незаконченными, жаловались герцогу, будто художник не старается. Леонардо отвечал что каждый день, с утра до вечера вот уже более года он ходит в городское гетто в поисках лиц злодеев с которых он мог бы писать Иуду. "Если понадобится - продолжил он, - напишу его с настоятеля!"

Поучительная история о "чавычовой" красной икре
АЛЕКСАНДР РЫБАЛКА

Когда сюда приехала основная масса русскоязычных репатриантов... как грибы после дождя, появляться "русские" магазины. Справедливости ради необходимо подчеркнуть, что среди этих магазинов есть и такие, которые отличаются от капиталистических торговых точек только набором продуктов. Но в основном там можно увидеть то, что мы оставили в "совке" - обсчет, обвес, обман, "пересортица" (выдавание одного сорта за другой), несвежие продукты (а скоропортящемуся продукту трудно остаться свежим, если он приехал в обычном контейнере) и т.п... Повторяю - далеко не все "русские" магазины заслужил право на красный вымпел с надписью "Ностальгия". Именно такой магазин был у Алекса Я. Он старался честно обслуживать своих покупателей, не торговал гнильем, не покупал в России и на Украине за копейки просроченный товар... Из этого, дорогие мои читатели, уже можно понять, что дела у него шли неважно.... Итак, нашему герою срочно нужен был какой-то товар, который позволил бы быстро поправить дела. То есть дешевый, качественный и пользующийся повышенным спросом. Один из "жучков", крутящихся в Тель-Авиве, предложил Алексу крупную партию красной икры из-под Хабаровска. Дешево и сердито, икра хорошая, вкусная, оплата по факту поставки.
Алекс согласился... В условленный срок он приехал на небольшой склад, распложенный где-то в трущобах Южного Тель-Авива. Поставщик показал ему ящики с аккуратными банками икры.
- Годится?
- Погоди, дай попробовать... Алекс не поленился, открыл ящики, достал несколько банок наугад с самого низу...

В банках действительно оказалась икра, крупная - икринка к икринке. Правда, на вкус продукт чуть горчил, но не настолько, чтобы его уж совсем нельзя было есть.
- Беру! - согласился Алекс. - А почему такая крупная? Это что, "чернобыльский лосось"?
- Чавыча! - коротко ответил поставщик. - Самая крупная из красной рыбы. В длину достигает полутора метров - потому и икра соответствующая. Хотите еще пару баночек открыть или так брать будете?
Цена для красной икры была очень невысокая, и Алекс "затарился" по максимуму. В магазине покупатели быстро распробовали чудо-икру и стали энергично раскупать товар...

Среди клиентов Алекса был один мужичок, некогда биолог (или учившийся на биолога)... Алекс его ценил за рассудительность и обширные познания.
Как-то этот биолог зашел в магазин... и принялся выбирать закуску.
- Икорки хочешь чавычовой? - предложил Алекс. - Тебе, как другу, могу отдать совсем дешево - по себестоимости, за сколько сам брал.
- Чавычовую сроду не пробовал, -облизнулся биолог. - У нас в Союзе ее совсем мало добывали.
Взяв с собой бутылочку и закуску, довольный клиент удалился. А на следующий день после работы ворвался в магазин Алекса с криками:
- Ты чем же это народ кормишь?!
- Т-с-с, не кричи! - взмолился Алекс. -В чем дело? Тебе что, банка несвежей икры попалась? Так я заменю!
- Не надо мне менять! - ответил биолог. - Это вообще не икра! Точнее, икра - но не рыбная!
Короче говоря, в банках оказалась лягушачья икра, подкрашенная пищевым красителем. Непрофессионал никогда не отличит ее от рыбьей - разве что лягушачья икра гораздо крупнее и чуть горчит.
Чавычи в России добывается мало, и ее икра - большая редкость. А вот лягушек в болотах под Хабаровском летом видимо-невидимо. Предприимчивые люди давно наладили там сбор лягушачьей икры, которую закатывают в банки с надписью "красная" и продают за рубежом своим бывшим соотечественникам, испытывающим ностальгию.
Итак, если вы, уважаемый читатель, решили полакомиться икоркой, позволю себе дать вам несколько советов.
Первое: икру берите только мелкую, лососевую. Она должна быть интенсивно красного цвета и не горчить.
Второе: если вы уже наелись лягушачьей икры, то не расстраивайтесь. Она хотя и некошерна, но вполне съедобна. Мало того, китайцы считают лягушачью икру верным средством для продления жизни. И лопают ее, совсем не перегружая себя вопросом о том, кто снес эту икру - рыба или лягушка.
Поскольку, как уже было сказано, чавычовой икры Россия добывает очень немного, если вам попались очень уж крупные икринки, то следует насторожиться. Впрочем, единственный вред для здоровья может в этом случае исходить от красителя, да и то вероятность не слишком велика.
Кроме того, если вам продадут лягушачью икру вместо красной, вы сможете испытать чувство здоровой ностальгии по магазинам советской эпохи. Правда, красной икры там не было, а вместо хорошей картошки вам подсовывали гнилую, но мы ведь говорим не о продукте, а о чувстве, которое, согласитесь, подделать невозможно.